Почетный адвокат России, лауреат Золотой медали им.Ф.Н.Плевако адвокат Амасьянц Э.А. Все виды юридической помощи в области российского и международного права. Ведение уголовных и гражданских дел любой сложности. Защита и представительство в суде.Телефон горячей линии адвоката: +7(495)504-81-90
 
Защита в суде присяжных
Адвокат в судебном рассмотрении уголовного дела
Адвокат в судебном процессе
Защитительная речь адвоката
Доказывание в суде присяжных
Защита в в суде с участием присяжных заседателей

 

Доказывание в суде присяжных

                                                      anime-flagi-294 (68x50, 5Kb)

         

               

   Своекорыстие говорит на всех языках и разыгрывает любые роли - даже роль бескорыстия

       

В чем состоят ограничения стороны защиты в представлении доказательств в случае рассмотрения уголовного дела судом присяжных

Почему такие ограничения незаконны и как можно устранить проблему перегибов в правосудии, уравняв процессуальные возможности защиты и обвинения

С учетом статистики оправдательных приговоров и сложившегося положения рассмотрения уголовных дел с участием коллегии присяжных заседателей, где при наличии всего лишь сомнений о совершении преступления подсудимым может быть постановлен вердикт о невиновности, сторона обвинения в лице органов следствия выработала тактические приемы и методы ущемления и лишения прав стороны защиты.

Используя обвинительный уклон судебной власти, органы следствия еще на стадии предварительного следствия начинают создавать условия, лишающие или существенно ограничивающие сторону защиты пользоваться правами по опровержению предъявленного обвинения.

НЕВОЗМОЖНОСТЬ ЗАЩИТЫ ДОПРОСИТЬ ВСЕХ СВИДЕТЕЛЕЙ

В соответствии с п. 4 ч. 4 ст. 47 УПК РФ обвиняемый вправе представлять доказательства своей невиновности. К таким доказательствам относятся, прежде всего, показания свидетелей.

В этой связи в порядке ч. 4 ст. 217 УПК РФ по окончании ознакомления с материалами уголовного дела следователь должен выяснить у обвиняемого и его защитника, какие свидетели, эксперты, специалисты подлежат вызову в судебное заседание для допроса и подтверждения позиции стороны защиты.

Предписание закона и его толкование. Закон не ограничивает, какие именно свидетели — допрошенные на стадии предварительного следствия или новые, то есть заявленные защитой на стадии выполнения требований ст. 217 УПК — должны быть включены в список лиц, подлежащих вызову в суд со стороны защиты.

Здесь необходимо учитывать, что ч. 4 ст. 217 УПК должна применяться во взаимосвязи с п. 6 ч. 1 ст. 220 УПК РФ, поскольку список свидетелей стороны защиты должен быть указан и в перечне доказательств, на которые ссылается защита для подтверждения своей позиции.

При этом в данном случае только сторона защиты вправе решать, необходимо ли следователю в обвинительном заключении излагать краткое содержание показаний новых свидетелей защиты, что должно быть следователем выяснено у обвиняемого и защитника с занесением соответствующей позиции в протокол.

С учетом принципов состязательности и равноправия сторон список лиц, подлежащих вызову в суд для допроса в качестве свидетелей стороны защиты, должен быть сформирован защитой в ходатайстве и в обязательном порядке включен следователем в приложение к обвинительному заключению наряду со списком лиц, подлежащих вызову в суд со стороны обвинения.

Реалии практики. Однако на практике дело обстоит совершенно иначе. Ходатайства стороны защиты о свидетелях, которые должны быть указаны в обвинительном заключении в списке лиц со стороны защиты, органы следствия оставляют без удовлетворения. При этом суды, рассматривая жалобы защиты на такие решения органов следствия, так же оставляют их без удовлетворения, мотивируя свою позицию довольно своеобразным толкованием нормы закона.

ИЗ ПРАКТИКИ. В ходе производства по уголовному делу в отношении Г. сторона защиты при выполнении требований ст. 217 УПК заявила следователю ходатайство о включении в список обвинительного заключения в качестве свидетелей защиты 12 человек, указав места их фактического проживания.

Данное ходатайство было отклонено с простой формулировкой: «Органы следствия не усматривают оснований для включения в список обвинительного заключения свидетелей стороны защиты».

В ходе предварительного слушания сторона защиты обжаловала такое решение следователя и попросила суд возвратить уголовное дело прокурору для выполнения требований п. 6 ч. 1, ч. 4 ст. 220 УПК РФ.

Суд, отказывая защите в удовлетворении ходатайства, в постановлении от 05.06.2014 сделал следующие выводы: «Решение следователя не является нарушением уголовно-процессуального закона, влекущим возвращение уголовного дела прокурору в порядке ст. 217 УПК РФ, поскольку положения ч. 4 ст. 217 УПК предусматривают только выяснение, какие свидетели, эксперты, специалисты подлежат вызову в суд для допроса и подтверждения позиции стороны защиты, при этом не содержат императивного указания о включении указанных лиц в список обвинительного заключения» (дело № 1-350/2014).

Получается, что представление стороной защиты доказательств суду непосредственно зависит от усмотрения органов следствия.

Подобное положение дел ликвидирует все предпосылки, связанные с назначением уголовного судопроизводства, закрепленные в п. 2 ч. 1 ст. 6 УПК, и таких его постулатов, как состязательность и равноправие сторон.

Если дело слушается в обычном порядке судьей единолично, защита может воспользоваться положениями ч. 4 ст. 271 УПК РФ, согласно которой суд не вправе отказать в удовлетворении ходатайства о допросе свидетеля или специалиста, явившегося в суд по инициативе стороны.

Иной подход применяется, когда дело рассматривается с участием коллегии присяжных заседателей.

По установленным правилам, явившийся в суд по инициативе стороны защиты новый свидетель, не указанный в списке лиц обвинительного заключения, подлежащих вызову в суд, не допускается к допросу перед коллегией присяжных заседателей.

Такой свидетель вначале допрашивается сторонами в присутствии председательствующего судьи, который и принимает решение допустить или нет свидетеля к допросу перед коллегией присяжных.

Как показывает практика, зачастую в допросе нового свидетеля в присутствии коллегии присяжных заседателей председательствующий судья отказывает.

При этом доводить сведения до присяжных заседателей о показаниях нового свидетеля защиты, хотя таковые и будут присутствовать в протоколе судебного заседания, запрещено. Такие действия защиты могут привести к отмене приговора судом апелляционной инстанции, если подсудимый по предъявленному обвинению будет оправдан.

Таким образом, органы следствия и председательствующий судья при рассмотрении уголовного дела по существу могут поставить сторону защиты в условия, исключающие саму возможность представить коллегии присяжных заседателей свои доказательства.

Позиции высших судов. Казалось бы, в Конституции РФ и федеральном законе установлены основополагающие принципы уголовного процесса — состязательность и равноправие сторон. И вроде бы высшие судебные органы власти в своих решениях занимают правильную позицию.

Так, в определении Конституционного Суда РФ от 20.03.2007 № 266-О-О1 был сделан следующий вывод: «обязанность следователя указать в обвинительном заключении перечень доказательств, на которые ссылается сторона защиты, призвана обеспечить право обвиняемого на защиту своих интересов в уголовном судопроизводстве на началах состязательности и равноправия сторон».

Заметим, что Конституционный Суд РФ прямо высказался о том, что п. 6 ч. 1 ст. 220 УПК РФ относится к императивным требованиям закона и обязывает следователя указать в обвинительном заключении тех свидетелей, о включении которых в список лиц, подлежащих вызову в суд, и в перечень доказательств защиты ходатайствовала сторона защиты.

Кроме того, Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ 18.06.2013 в судебном заседании, отменяя приговор Верховного суда Республики Северная Осетия – Алания от 22.03.2013, постановленного в отношении А., и направляя уголовное дело на новое судебное разбирательство, указала следующее:

«Согласно правовым позициям Европейского суда по правам человека, основанным на требованиях, предусмотренных подп. «d» п. 3 ст. 6 Конвенции о защите прав человека и основных свобод, во взаимосвязи с п. 1 ст. 6 Конвенции, обвиняемый имеет право… ходатайствовать о вызове и допросе свидетелей в его пользу на тех же условиях, что и для свидетелей, показывающих против него.

Однако следует заметить, что Верховный Суд РФ, рассматривая уголовные дела в апелляционном порядке, не всегда придерживается такой практики и по ряду дел при аналогичных нарушениях, допущенных судами субъектов федерации, оставляет приговоры без изменения.

В этом кроется одна из многих проблем, почему судьи нижестоящих судов не придерживаются единообразного применения закона. В связи с этим практикующие юристы все чаще стали призывать к установлению смешанной формы уголовного судопроизводства и введению судебного прецедента.

А пока стороне защиты приходится только уповать на порядочность судьи, председательствующего в процессе, либо судей апелляционной или кассационной инстанций.

Законодательное решение проблемы. Учитывая реалии судебных процессов, возникла необходимость конкретизации закона в целях устранения следственного и судебного усмотрения при решении вопроса о представлении стороной защиты доказательств по опровержению предъявленного обвинения.

Представляется необходимым внести в ч. 4 ст. 217 УПК дополнение, согласно которому следователь не вправе отказать в удовлетворении ходатайства стороны защиты о включении в список лиц, подлежащих вызову в судебное заседание для допроса и подтверждения позиции стороны защиты.

ПРОБЛЕМЫ С ДОПРОСОМ СПЕЦИАЛИСТА

Кроме проблем с допросом свидетелей защиты в суде с участием присяжных заседателей существует не менее важная проблема — допрос специалиста, приглашенного в суд защитой для дачи показаний в целях опровержения выводов заключения судебного эксперта.

Давно не секрет, что некоторые судебные эксперты совершают ошибки при исследовании, например, по неопытности, либо по просьбе органов следствия подгоняют свои выводы в заключении к выводам, нужным органам следствия.

Защита может оспорить заключение судебного эксперта только одним способом — пригласить в суд соответствующего специалиста и допросить его относительно научной обоснованности и достоверности сделанных судебным экспертом выводов.

Как показывает практика, сделать это в присутствии коллегии присяжных заседателей практически невозможно.

В силу ч. 2 ст. 274 УПК РФ первой всегда суду представляет доказательства сторона обвинения.

Присутствие в суде специалиста со стороны защиты возможно лишь в момент представление доказательств защитой. В связи с этим во время представления доказательств обвинения, к которым относится заключение судебного эксперта, сторона защиты противопоставить этому доказательству свое доказательство не может, за исключением случая, когда председательствующий судья изменит порядок исследования доказательств, чего добиться защите практически невозможно.

Если само заключение судебного эксперта не было признано недопустимым доказательством и его выводы были оглашены коллегии присяжных заседателей во время исследования стороной обвинения доказательств, то в дальнейшем говорить об ущербности таких выводов стороне защиты будет крайне затруднительно.

Даже если специалист явится в суд по инициативе стороны защиты и будет допрошен сторонами в присутствии председательствующего судьи, то последний никогда не допустит его допрос в присутствии коллегии присяжных заседателей, поскольку в силу ст.ст. 334, 335 УПК РФ вопросы достоверности, допустимости и относимости доказательств не могут являться предметом рассмотрения коллегии присяжных заседателей, и все вопросы о недопустимости доказательств решаются без участия присяжных заседателей.

Поэтому, если заключение судебного эксперта было подвергнуто критике со стороны специалиста, приглашенного стороной защиты, присяжные об этом никогда не узнают.

В целях устранения подобного рода ситуаций в ст. 335 УПК РФ необходимо внести дополнение, согласно которому председательствующий судья не вправе отказать в допросе в присутствии присяжных заседателей специалиста со стороны защиты об обстоятельствах достоверности выводов судебного эксперта.

ВЫЯСНЕНИЕ ВОПРОСА ДОСТОВЕРНОСТИ ДОКАЗАТЕЛЬСТВ

Надо заметить, что при рассмотрении уголовного дела с участием присяжных заседателей выяснение вопроса о достоверности показаний свидетеля, потерпевшего или выводов судебного эксперта весьма специфично.

Как правило, председательствующий судья снимает вопросы, если таковые касаются достоверности показаний свидетеля, потерпевшего или выводов судебного эксперта, и мотивирует свою позицию ссылкой на ч. 7 ст. 335 УПК РФ, согласно которой в ходе судебного следствия в присутствии присяжных заседателей подлежат исследованию только те фактические обстоятельства уголовного дела, доказанность которых устанавливается присяжными заседателями в соответствии с их полномочиями, предусмотренными ст. 334 УПК.

По тем же основаниям снимаются вопросы стороны защиты, относящиеся к выяснению обстоятельств законности проведения оперативно-розыскных мероприятий.

ИЗ ПРАКТИКИ. Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ определением от 24.01.2013 отменила оправдательный приговор Московского городского суда, постановленный с участием присяжных заседателей в отношении Г. и К., указав следующее:

«На протяжении всего судебного следствия сторона защиты путем постановки вопросов доводила до присяжных заседателей информацию, не отвечающую требованиям закона. Были поставлены вопросы, ставящие под сомнение достоверность доказательств, собранных в ходе проведения оперативного эксперимента сотрудниками УСБ МВД России, чем были нарушены положения ст.ст. 252 и 335 УПК РФ. При допросе свидетеля Т. председательствующим были отведены 11 вопросов защитников, которыми ставилась под сомнение допустимость оперативно-розыскных мероприятий» (дело № 5-О12-137СП).

Таким образом, судебная практика устанавливает, что вопросы к свидетелям или потерпевшим должны касаться только предъявленного подсудимому обвинения, что само по себе противоречит правилам оценки доказательств, согласно которым каждое доказательство подлежит оценке с точки зрения относимости, допустимости и достоверности.

Между тем выяснение вопросов о достоверности доказательств нельзя отождествлять с разрешением вопросов об относимости и допустимости доказательств, которые действительно в силу ч. 6 ст. 335 УПК подлежат разрешению без участия присяжных заседателей.

Говорит ли свидетель или потерпевший правду, не заинтересованы ли эти лица в искажении обстоятельств дела, не оговаривают ли они подсудимого, не спровоцировано ли было совершение преступления, не подброшены ли были вещественные доказательства, уличающие подсудимого в совершении преступления? Установление данных обстоятельств является одной из мер, направленных на исключение ошибочного признания подсудимого виновным. Выяснение этих вопросов относится к определению признака достоверности доказательства, определять который должны только присяжные заседатели, которые призваны решать, говорил ли свидетель правду или вводил суд в заблуждение и т. д.

Если следовать логике судов, то выяснять с участием присяжных заседателей можно лишь вопросы, касающиеся только предъявленного подсудимому обвинения. Как же тогда установить, например, были ли действия самого потерпевшего противоправными или нет. Не секрет, что когда лицо находилось в состоянии необходимой обороны, органы следствия квалифицируют его действия по ч. 2 ст. 105 УК РФ (подсудность суда присяжных), игнорируя позицию защиты о преступных действиях самого потерпевшего. Или, например, когда подсудимому предъявлено обвинение в сбыте наркотика по ч. 5 ст. 228.1 УК РФ (подсудность суда присяжных), где основу доказательственной базы составляют материалы оперативно-розыскной деятельности, по которым выяснение вопросов о провокации или подбросе наркотиков должно являться первичным по отношению к проверке фактических обстоятельств, изложенных в фабуле предъявленного подсудимому обвинения. В этой связи сторона защиты в ходе судебного следствия в присутствии присяжных заседателей должна иметь возможность получить ответы на поставленные вопросы о том, были ли совершены преступные действия подсудимым самостоятельно, в отсутствие каких-либо уговоров, склонения и иных способов подстрекательства со стороны оперативных сотрудников, сформировался ли умысел подсудимого на сбыт наркотика вне зависимости от деятельности оперативных сотрудников и проведены ли сами оперативно-розыскные мероприятия в соответствии с требованиями Федерального закона от 05.07.1995 № 144-ФЗ «Об оперативно-розыскной деятельности».

Только при таком подходе к исследованию доказательств с участием присяжных заседателей сторона защиты получит возможность дать оценку доказанности или недоказанности действий подсудимого, дать оценку самим этим действиям и обратиться к присяжным заседателям с предложением дать на поставленные перед ними вопросы такие ответы, о которых просит сторона защиты. Только при таком положении дел судопроизводство с участием присяжных заседателей будет соответствовать требованиям ст.ст. 15, 244 УПК РФ об осуществлении рассмотрения уголовного дела на основе состязательности и равноправия сторон и функциям стороны защиты в уголовном процессе.

Однако судебная практика диктует свои условия судебного разбирательства с участием присяжных заседателей.

ИЗ ПРАКТИКИ. Апелляционным определением судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РФ от 12.03.2014 был отменен оправдательный приговор Верховного суда Кабардино-Балкарской Республики, постановленный с участием присяжных заседателей в отношении П., по следующим основаниям.

При допросе свидетелей К. и Х., являющихся сотрудниками правоохранительных органов, в присутствии присяжных заседателей исследовались обстоятельства, связанные с процессуальным порядком получения доказательств. Однако суд оставил без внимания данные нарушения, что позволило стороне защиты поставить под сомнение законность получения и закрепления ряда доказательств обвинения и повлияло на объективность и беспристрастность коллегии присяжных заседателей при вынесении вердикта (дело № 21-АПУ14- 2СП).

В этой связи в ч. 1 ст. 334 УПК РФ необходимо внести дополнения, согласно которым в ходе судебного разбирательства уголовного дела присяжными заседателями разрешаются не только вопросы о доказанности самого деяния, о причастности к его совершению подсудимого и его виновности, но и вопросы, опровергающие предъявленное подсудимому обвинение.

Только при таком формулировании уголовно-правовой нормы председательствующему судье запрещено будет снимать вопросы стороны защиты, которые ставят под сомнение предъявленное подсудимому обвинение, оправдывают его действия, либо уличают самих представителей оперативно-следственных органов в незаконных действиях по формированию фактических обстоятельств уголовного дела.

НЕОБОСНОВАННОЕ ОГРАНИЧЕНИЕ СТОРОНЫ ЗАЩИТЫ В ПРЕНИЯХ

Согласно положениям ст. 336 УПК РФ источником формирования внутреннего убеждения присяжных заседателей по установлению фактических обстоятельств дела являются прения сторон.

Именно на этом этапе судопроизводства сторона защиты получает возможность анализировать исследованные с участием присяжных заседателей доказательства, давать им оценку, выдвигать свои доводы и аргументы в обоснование своей позиции.

Однако и здесь профессиональные судьи принимают решения, которыми стараются поставить сторону защиты в определенные рамки, угодные стороне обвинения.

ИЗ ПРАКТИКИ. Определением военной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РФ от 28.08.2012 был отменен оправдательный приговор окружного военного суда, постановленный с участием присяжных заседателей в отношении Г., по следующим основаниям.

«Адвокат М. при выступлении в прениях сторон, неоднократно создавая предубежденность у присяжных заседателей к доказательствам, представленным стороной обвинения, и дискредитируя их, давал оценку качеству работы предварительного следствия и государственного обвинения, что вызвало у присяжных заседателей предубеждение, отрицательно повлияло на их беспристрастность и формирование мнения по делу и повлияло на вердикт.

Так, в ходе судебных прений адвокат М., несмотря на неоднократные возражения стороны обвинения, систематически заявлял о неполноте предварительного и судебного следствия, давал оценку не фактическим обстоятельствам дела, а, пытаясь дискредитировать обвинение и представленные им доказательства, оценивал качество работы следователя и государственного обвинения, которые выразились в следующих выражениях: “государственное обвинение не предъявило доказательств…”; “государственный обвинитель в судебном процессе не имеет права беспомощно разводить руками...”; “многочисленные вопросы, поставленные государственным обвинителем сейчас, на завершающей стадии рассмотрения дела, неуместны, мы относим их к растерянности обвинения”» (дело № 209-о12-4сп).

Прения сторон являются стадией, когда сторона защиты вправе давать оценку не только рассмотренным с участием присяжных заседателей доказательствам, но и делать выводы о качестве таких доказательств, сопоставляя последние на предмет их противоречивости, а если это показания свидетелей или потерпевшего, то и их последовательности на всех стадиях уголовного судопроизводства.

Этому всячески препятствует сторона обвинения и под покровом обвинительного уклона судебной власти добивается определенных успехов.

ИЗ ПРАКТИКИ. Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ, отменяя определением от 04.05.2012 оправдательный приговор Ростовского областного суда, постановленный с участием присяжных заседателей в отношении Е., указала следующее:

«В речи защитника Т. в прениях была изложена позиция таким образом, что он поставил под сомнение законность полученных доказательств и пытался их опорочить. Одновременно защитник пытался опорочить показания свидетелей обвинения, охарактеризовав их показания термином «талдычат». Данные высказывания могли оказать воздействие на мнение присяжных заседателей при оценке ими доказательств» (дело № 41-О12-24сп).

Необходимо констатировать, что сторона защиты вправе в судебных прениях не только заявлять об ущербности доказательств стороны обвинения, имея в виду не их допустимость, а их соотносимость с фактическими обстоятельствами уголовного дела, изложенными в фабуле предъявленного подсудимому обвинения, но и говорить об ущербности выдвинутой органами следствия в отношении подсудимого версии о его причастности к совершению преступления, а также выдвигать иные версии о совершении преступления, которые были затронуты в ходе предварительного следствия, но не нашли своего разрешения через опровержение таких версий путем проведения оперативно-следственных мероприятий.

Присяжным заседателям необходимо знать все обстоятельства дела, в том числе и те, которые идут вразрез с позицией стороны обвинения.

Именно сторона обвинения заявляет в процессе о том, что суду органами следствия представлена одна единственная версия произошедшего, которая и должна быть предметом рассмотрения с участием присяжных заседателей.

Сторона же защиты должна доказать присяжным заседателям обратное. Защита должна поставить под сомнение выдвинутую органами следствия версию и посредством оценки доказательств убедить присяжных заседателей в невиновности подсудимого. В этом состоит основное предназначение защиты. И ущемлять в этом праве сторону защиты нельзя.


1

8 (499) 40-999-33











© 2014 Амасьянц Эдуард Акопович 8(499)40-999-33, 8(925)504-81-90, Email: eduard@amasyants.ru